Одновременно растёт и влияние ИИ-репетиторов. Особенно это заметно в странах с высокой конкуренцией в образовании, как Китай, где цифровые инструменты стали легальной альтернативой запрещённому офлайн-репетиторству. Пилотные исследования в Индии, Нигерии и на Тайване показывают улучшение языковых навыков, иногда сопоставимое с эффектом от двухлетнего обучения. Однако наряду с пользой фиксируются и тревожные тенденции. Одной из самых серьёзных проблем The Economist называет «когнитивную ленивость», ситуацию, когда ученики передают ИИ ту мыслительную работу, которую должны выполнять сами. Национальный опрос в Китае показывает, что 21% школьников предпочли бы полагаться на ИИ, а не размышлять самостоятельно. Эксперимент MIT подтверждает, что студенты, писавшие эссе с помощью ChatGPT, демонстрировали более низкие показатели мозговой активности и хуже запоминали текст. Подростки сами ощущают разрыв с собственным авторством. Например, в исследовании Университета Индианы участники, использовавшие ИИ, выполняли задания быстрее и получали лучшие оценки, но значительно реже считали результат «своей работой». В ответ технологические компании начинают предлагать обучающие режимы, заставляющие пользователей проходить процесс решения шаг за шагом. Тем не менее, после школы влияние ИИ только усиливается. Американские подростки используют такие инструменты дома чаще, чем в учебных заведениях. Это меняет их досуг и коммуникацию, ведь ИИ так же помогает создавать мемы, видео, игры, перезапускать детскую культуру в ускоренном цикле. От «итальянского brain rot» с абсурдными изображениями до оживления игрушек, цифровые сервисы формируют новые формы творчества и самовыражения. 
Быстрее всех на этот рынок реагируют азиатские производители, так, они создают говорящих роботов и интерактивных питомцев, реагирующих на голос и прикосновения. Но даже без аппаратных устройств виртуальные компаньоны становятся частью жизни детей. Исследования показывают, что более половины подростков общаются с ИИ-собеседником несколько раз в месяц, а часть из них ежедневно. Около десяти процентов рассматривают такие модели как друга или партнёра, треть же предпочитает обсуждать важные темы с ботом, а не с живым человеком. В отдельных случаях это приводит к трагическим последствиям. В исследовании приводится история 16-летнего подростка, покончившего с собой после длительного общения с ChatGPT. По этой же причине, федеральная торговая комиссия США уже потребовала от ИИ-компаний отчёты о рисках для несовершеннолетних. В Сенате обсуждают запрет на чат-ботов-компаньонов для детей, а крупные разработчики вводят родительский контроль и специализированные версии моделей. Однако главное противоречие, которое подчёркивает The Economist, заключается в том, что ИИ одновременно открывает детям доступ к знаниям и создаёт риски подмены реального опыта. Эксперты по развитию детей отмечают, что для формирования устойчивой психики, ребёнку нужны не только помощь и поддержка, но и столкновение со сложностью, фрустрацией, необходимостью самостоятельно решать проблемы. Таким образом, идеальные цифровые партнёры могут лишить их этой среды. Исследование фиксирует рождение поколения, которое впервые вырастет бок о бок с искусственным интеллектом - как с учителем, собеседником, помощником и иногда как с ложным другом. Насколько гармоничным окажется такое взросление, будет зависеть не только от технологий, но и от того, насколько родители, школы и государства сумеют выстроить границы и сохранить человеческое в мире, где цифровое становится нормой.
