Пятого апреля в Армении на 91-м году жизни скончался Зорий Балаян — человек, чье имя неразрывно связано с разжиганием межнациональной вражды, этническими чистками и террором против мирных азербайджанцев. Накануне, 7 апреля, в церкви «Сурб Ованес Мкртич» в ереванском районе Конд состоялась церемония панихиды, а похороны пройдут сегодня. При этом обращает на себя внимание калейдоскоп лиц, пришедших на церемонию прощания: бывший президент Армении Роберт Кочарян, последний глава марионеточного сепаратистского режима в Карабахе Самвел Шахраманян, депутаты оппозиционного блока «Армения», католикос всех армян Гарегин II и другие личности, хорошо знакомые Баку по их роли в оккупации и разграблении азербайджанских территорий. Впрочем, тут все понятно – для все них Балаян был главным идейным вдохновителем. Однако самым примечательным участником церемонии стал нынешний посол Российской Федерации в Армении Сергей Копыркин.
Присутствие официального представителя Москвы на похоронах одного из ключевых архитекторов армянского сепаратизма и этнической ненависти к азербайджанцам — факт, который невозможно свести к протокольной вежливости, учитывая послужной список покойного — тот самый, о котором в Ереване предпочитают говорить эвфемизмами вроде «выдающийся публицист».
Зорий Балаян родился в 1935 году в Ханкенди — административном центре тогдашней Нагорно-Карабахской Автономной области Азербайджанской ССР. Получив медицинское образование в Рязани, он долгие годы работал врачом на Камчатке, затем перешел в журналистику и занялся литературой. Широкую известность ему принесло изданное отдельной книгой в 1981 году печально известное эссе «Очаг», в котором Балаян сформулировал идеологический фундамент будущего армянского сепаратизма в Карабахе. Он утверждал, что Карабах и Нахчыван являются «древними армянскими землями», а азербайджанцев открыто называл «врагами» России и Армении. Книга изобилует оскорбительными эпитетами в адрес азербайджанского народа - «варвары», «вандалы», «дикие кочевники». Это был манифест этнической ненависти, облеченный в литературную форму.
Когда в 1988 году проживавшие в НКАО армяне начали свой сепаратистский путь к отделению от Азербайджана, Балаян стал одной из центральных фигур этого движения. Именно он вместе с поэтессой Сильвой Капутикян 26 февраля 1988 года, сразу после принятия облсоветом НКАО незаконного постановления о «воссоединении» с Арменией, отправился к Михаилу Горбачеву — убеждать генерального секретаря легитимизировать аннексию азербайджанских земель.
Как писал в 2018 году тогдашний депутат Государственной думы РФ, а ныне губернатор Курской области Александр Хинштейн в «Литературной газете», «едва ли не главными идеологами передачи НКАО из Азербайджана в Армению выступали Сильва Капутикян и Зорий Балаян, тоже, как водится, кавалер всего на свете, включая Госпремию АрмССР и премию ВЛКСМ им. Н. Островского. Именно их бурная деятельность – открытые письма, гневные статьи, штурмы высоких кабинетов – во многом породила армяно-азербайджанский конфликт, затушить который не удаётся уже почти 30 лет. Встреча Горбачёва с Капутикян и Балаяном 26 февраля 1988 года вообще станет переломной точкой, событием воистину исторического масштаба, спровоцировавшим первую кровь».
Балаян действительно был не кабинетным теоретиком, а практиком сепаратизма — человеком, который превращал националистическую идеологию в конкретные политические действия, ведшие к изгнанию более одного миллиона азербайджанцев из родных домов. Его роль в событиях Первой Карабахской войны выходит далеко за рамки пропаганды. По показаниям данным на суде в 1998 году, именно Балаян, находясь в контакте с армянскими спецслужбами, был инициатором теракта, произошедшего 3 июля 1994 года в Бакинском метрополитене между станциями «Гянджлик» и «28 Мая». В результате взрыва погибли 12 человек, 42 получили ранения. На основании этих показаний Генеральная прокуратура Азербайджана возбудила в отношении Балаяна уголовное дело, а в 1999 году по линии Интерпола объявила его в международный розыск как особо опасного преступника, и в 2005-м он был задержан итальянской полицией в порту Бриндизи по запросу Азербайджана. Через пять часов пребывания в полиции Зорий Балаян и капитан судна «Киликия» Карен Балаян, на котором армянский идеолог сепаратизма прибыл в этот порт на юге Италии, после вмешательства армянского МИД и посольства были освобождены. Однако сам факт его задержания весьма красноречив.
Особого внимания заслуживает открытое письмо, которое Балаян адресовал президенту России Владимиру Путину в октябре 2013 года — к 200-летию Гюлистанского договора. В этом пространном тексте на двадцати страницах он фактически призвал Москву признать Карабах частью российского государства. Ссылаясь на Гюлистанский и Туркманчайский договоры XIX века, этот идеолог сепаратизма выстраивал фантасмагорическую аргументацию о том, что карабахская проблема — это «проблема РФ», а сам регион по праву принадлежит Москве. Балаян призвал Путина лично посетить Карабах и «потрогать руками» армянские храмы.
Примечательно, что многие армянские аналитики констатировали, что Балаян фактически предложил «сдать» Карабах России, годами пичкая своих соотечественников идеей «миацума» — воссоединения с Арменией, а в итоге предложив отдать его совсем другому адресату. Впрочем, для него логика была проста: он всю жизнь искал покровителя для сепаратистского проекта и готов был найти его в любом кабинете — хоть в Ереване, хоть в Москве.
В апреле 2022 года премьер-министр Никол Пашинян заявлял о 3825 погибших армянских военнослужащих в результате 44-дневной войны. Однако армянская оппозиция неоднократно утверждала, что реальные потери превышают официальные цифры, называя числа от 5 до 7 тысяч погибших. И это только по итогам последней войны. Все они стали жертвами той самой идеологии, которую в армянские массы с начала 80-х годов внедрял Зорий Балаян. И вот на панихиду по такому деятелю явился посол Российской Федерации Сергей Копыркин – по человеку, который десятилетиями разжигал этническую ненависть к целому народу, который стоял у истоков оккупации международно признанных территорий суверенного государства.
Можно, конечно, допустить, что Копыркин пришел на панихиду в рамках каких-то общих представлений о дипломатическом приличии — выразить соболезнования по случаю кончины «общественного деятеля». Но дипломатический этикет имеет границы, и они проходят ровно там, где начинается послужной список покойного. Посол крупной державы не может не понимать, какой политический сигнал он подает, появляясь на панихиде идеолога этнических чисток. Его присутствие рядом с Кочаряном, при президентстве которого оккупация азербайджанских территорий достигла апогея, рядом с Шахраманяном — последним главой сепаратистского образования, прекратившего существование после антитеррористических мероприятий Азербайджана в сентябре 2023 года, — весьма показательная картина. Копыркин поставил себя в один ряд с этими фигурами добровольно, осознанно и публично.
Впрочем, есть и другой, возможно, более точный, ракурс. Балаян всю свою жизнь был агентом российского влияния на Южном Кавказе — от советских времен, когда в качестве корреспондента «Литературной газеты» занимался делами, далекими от литературы, и до того самого письма Путину 2013 года, в котором открытым текстом предложил включить Карабах в состав России. Вся его деятельность — разжигание сепаратизма, этнические чистки, подрыв территориальной целостности Азербайджана — полностью укладывалась в стратегию России по поддержанию нестабильности в регионе и сохранению рычагов давления на постсоветские республики. Копыркин прощался не просто с «публицистом». Он отпевал верного проводника российских интересов, человека, который всю жизнь работал на то, чтобы Южный Кавказ оставался зоной конфликта, а Армения — заложницей Москвы.
И в этом смысле ничего удивительного в присутствии посла на этой церемонии нет. Москва оплакивает своего человека, своего агента. Того, кто в нужный момент писал нужные письма нужным адресатам, кто разжигал нужные конфликты и культивировал нужную ненависть. Посол Копыркин своим присутствием на панихиде лишь подтвердил то, о чем в Баку знали всегда: для Москвы ценности Балаяна — сепаратизм, территориальные претензии к соседям, инструментализация этнической вражды — никогда не были чем-то неприемлемым.
