На фоне войны между Россией и Украиной вопросы вооружения и военной стратегии становятся ключевыми для оценки будущего фронта. В интервью Minval Politika украинский военно-политический обозреватель группы «Информационное сопротивление» Александр Коваленко рассказал о перспективах новой украинской баллистической ракеты FP-7 (FirePoint-7), её тактическом и стратегическом значении, возможностях массового производства, а также о том, как появление собственного оружия меняет баланс сил и открывает экспортные перспективы для Украины.
– Насколько появление у Украины баллистической ракеты FP-7 может изменить баланс сил на линии фронта?
– Сама по себе ракета не будет применяться исключительно по линии боестолкновений. Будут одиночные случаи, когда по самому фронту, либо в ближней тыловой зоне будут применяться эти ракеты. Преимущественно она предназначена для удара в средней тыловой зоне временно оккупированных территорий, либо дальше средней зоны, около 300 км вглубь территории России.
То есть эти удары будут наноситься преимущественно по объектам, которые находятся на временно оккупированных территориях, либо на территории РФ. Этими объектами могут быть как предприятия военно-промышленного комплекса, военные объекты, склады с боеприпасами, аэродромы, войсковые части, командные пункты, пункты управления. Также это могут быть и предприятия, принимающие непосредственное участие в обеспечении войны финансовой составляющей – нефтеперерабатывающие заводы, например.
Нефтяная отрасль России напрямую обеспечивает финансово войну против Украины, поэтому это могут быть газотранспортные системы, газораспределительные узлы, теплоэлектростанции и другие объекты энергообеспечения в качестве зеркального ответа на атаки РФ. В целом, эти ракеты предназначены не столько для линии боестолкновений и линии фронта, сколько для воздействия по тыловой зоне.
– Можно ли рассматривать FP-7 как полноценный аналог американской ракеты ATACMS или речь идет о более простой и дешёвой альтернативе?
– По характеристикам ракета, конечно же, очень схожа с ATACMS. Но она ближе к модификации 5В55 комплексов С-300, очень схожа по аэродинамической форме именно с этими ракетами. И этого даже не скрывает сам производитель FirePoint. Была взята самая доступная и довольно эффективная аэродинамическая схема для ракеты.
Плюс, кроме всего прочего, это мобилизационная ракета. Она, безусловно, намного дешевле ATACMS. Ее основная задача — быть быстро производимой, в больших объемах и дешево, то есть это основные задачи, которые возлагаются на ракеты мобилизационного типа. Например, как ракета «Фламинго», которая сама по себе схожа по характеристикам с ракетой Tomahawk, но при этом примерно в 4,5–5 раз дешевле. Ориентир делается на то, чтобы эти ракеты были очень быстро поставлены на серийное производство и полностью обеспечивали потребности сил обороны Украины в количестве таких средств поражения.
– Если дальность ракеты действительно достигает 300 км, какие военные объекты на территории России могут оказаться в зоне поражения?
– В целом, тут еще нужно учитывать буфер безопасности, примерно в 50-100 км в обязательном порядке для безопасности самой пусковой установки. Но в целом, так и рассчитываем: 200–250 км вглубь территории РФ практически все объекты, и не только военные. Белгород погрузился в блэкаут зимой — это можно считать ответом на то, что Украину пыталась Россия пять лет подряд погрузить в блэкаут.
В следующем году к Белгороду может добавится уже Курская область, Курск, Брянск, Брянская область. Над Краснодарским краем украинские дальнобойные дроны уже летают как у себя дома. Противовоздушная оборона России истощена, и это открывает возможности для нашей баллистики, а не только для ударных дронов. А баллистика, соответственно, может нести более разрушительный эффект, нежели удар дрона с боевой частью 50–60 кг. Практически все, что находится в этой зоне, является зоной риска, в том числе военные объекты, аэродромы, пусковые площадки для дронов-камикадзе Shahed-136, командные пункты, штабы Южного оперативного округа.
– Насколько важным является тот факт, что Украина разрабатывает собственные ракеты, а не полностью зависит от поставок западного оружия? И как это повлияет на поставку вооружения Киеву?
– Для Украины стратегически важно иметь полностью замкнутый цикл производства вооружений, чтобы меньше зависеть от международных партнеров, особенно в вопросах таких уникальных ракет, как баллистические. В основном поставщиком баллистических ракет были США, а они неоднократно демонстрировали, что не всегда надежны. Кроме того, сложно говорить о стабильности политики США. Поэтому диверсификация, особенно за счет внутреннего производства критически важных средств вооружений, является для нас перспективной и важной.
Развитие ракетных технологий может быть использовано и после войны для повышения экспортных позиций Украины. Уже есть высокий спрос на уникальные украинские дроны-перехватчики, зенитные дроны для борьбы с дронами-камикадзе иранскими. Более 11 запросов поступило от разных стран на приобретение и обучение пилотов, операторов таких дронов. В будущем это будет касаться и ракетных технологий. Если Украина сможет поставить производство на серийный уровень, спрос на FP-7 и другие средства поражения будет значительным, особенно после нескольких стадий модификации и совершенствования.
– Как на такие испытания может отреагировать Москва? Возможна ли эскалация ракетных ударов?
– Россия наносит удары по Украине ежедневно. Слово «эскалация» в контексте полномасштабной войны выглядит условно. На 10 дронов больше или меньше — это уже не меняет сути. Главное: у Украины появляется баллистическое оружие. Россия может увеличить производство баллистических ракет, но их применение направлено на обстрелы Украины. Если бы у Украины не было баллистики, это не остановило бы РФ от запуска сотен «Искандеров».
Например, удар по предприятию «Группа Кремний ЭЛ» значительно подорвал производство микроэлектроники для баллистики в России. Россия должна опасаться увеличения возможностей украинской баллистики. FP-7 может в будущем увеличить дальность до 500–600 км и достичь Москвы.
– Каковы перспективы массового производства ракеты?
– Ракета FP-7 мобилизационного типа: быстро, много, дешево. Даже мобилизационная ракета при запуске производства не является массовой. При стабильном развитии линии и поставок через полгода можно выйти на среднесерийное производство — примерно одна ракета в день. С учетом высокого спроса производство будет развиваться быстрее. К концу 2026 года FP-7 станет таким же частым средством поражения, как дальнобойные дроны. Ракета будет применяться в комбинации с «Фламинго» — крылатая дозвуковая ракета плюс баллистическая сверхзвуковая, для перегрузки и принуждения российской ПВО использовать разные алгоритмы перехвата.
– Может ли Украина наладить экспорт FP-7? Когда и кто может заинтересоваться ею?
– Украина будет заниматься экспортом FP-7. Скорее всего, процесс начнется после завершения войны или на поздней стадии конфликта. Серийное производство выйдет на уровень, при котором появятся излишки. Заинтересуются страны, которым нужна баллистика, но которые не могут наладить собственное производство. Это будут дружественные Украине государства, прежде всего в Европе и Восточной Европе, включая страны Балтии. Приоритет отдается тем, кто поддерживал Украину на протяжении всего периода полномасштабного вторжения. Перспективы экспорта FP-7 достаточно обширные и потенциально радужные.
